Сверхманёвренный Су-37: первый полёт, который удивил мир

Ровно 30 лет назад, второго апреля 1996 года, небо над подмосковным аэродромом увидело нечто особенное. Лётчик-испытатель Евгений Фролов поднял в воздух экспериментальный истребитель Су-37 — машину, которая перевернула представление о том, на что способен боевой самолёт. Этот день стал поворотным моментом в истории отечественной авиации, хотя сам самолёт так и не пошёл в серийное производство.

Су-37 появился не на пустом месте. За его создание отвечала команда конструкторов, взявшая за основу истребитель Су-27М. Единственный экземпляр с бортовым номером 711 задумывался как демонстратор передовых технологий. Инженеры серьёзно доработали планер: внедрили новые алюминиево-литиевые сплавы, увеличили долю композитных материалов, а крылу придали большую толщину — это позволило разместить больше топлива без ущерба для манёвренности.

Но главным прорывом стала силовая установка. На самолёт поставили два двигателя АЛ-31ФП с управляемым вектором тяги. Благодаря этому тяжёлая двадцатитонная машина обрела удивительную лёгкость и могла выполнять фигуры, которые раньше считались возможными только для лёгких истребителей.

Конструкторам пришлось решить сложнейшую задачу — создать поворотное сопло, которое отклоняется на 15 градусов вверх и вниз, при этом исключив прорыв раскалённых газов. Отечественные специалисты справились с этим вызовом.

Аэродинамику машины тоже переработали. К классической схеме добавили переднее горизонтальное оперение — небольшие «крылышки» в носовой части. Они помогли самолёту уверенно держаться в воздухе при больших углах атаки и на малых высотах. В кабине пилота произошли не менее серьёзные изменения: вместо центральной ручки управления появился боковой джойстик, как на американском F-16, а перед лётчиком установили четыре цветных многофункциональных дисплея и широкоугольный индикатор на лобовом стекле.

Мировая премьера Су-37 состоялась летом 1996 года на авиасалоне в Ле-Бурже. Самолёт с белым бортовым номером 711 прибыл на шестой день выставки, но произвёл эффект разорвавшейся бомбы. Многие делегации даже отложили отъезд, чтобы увидеть «русское чудо». То, что показал Евгений Фролов в небе над Парижем, зрители запомнили надолго: разворот на 360 градусов в плоскости симметрии, получивший название «Чакра Фролова», «Кобра» с углами атаки до 180 градусов, когда самолёт летит хвостом вперёд, и форсированный боевой разворот менее чем за десять секунд.

Сверхманёвренность была лишь вершиной айсберга. Радиолокационная станция с фазированной антенной решёткой могла одновременно сопровождать до двадцати целей и наводить ракеты на восемь из них. Выбор цели осуществлялся поворотом головы лётчика благодаря нашлемному прицелу. Электроника сама управляла вектором тяги — пилоту не нужно было касаться отдельного рычага.

Вооружение машины тоже впечатляло: двенадцать точек подвески при общей нагрузке около восьми тонн. Встроенная пушка ГШ-30-1 дополнялась всем спектром управляемых ракет «воздух-воздух», а для ударов по земле и кораблям предусматривалось применение ракет Х-29, Х-31, Х-59 и корректируемых бомб.

Несмотря на блестящие демонстрации, программа не получила продолжения. Девятнадцатого декабря 2002 года в испытательном полёте под Москвой единственный Су-37 потерпел крушение. К тому моменту на машине уже не стояли двигатели с управляемым вектором тяги — их демонтировали для отработки других систем. Лётчик-испытатель Юрий Ващук благополучно катапультировался, но самолёт был потерян.

Несмотря на печальный финал, Су-37 прожил яркую жизнь и погиб, сделав своё дело. Его наследие продолжает служить в небе.