В российской электронике становится больше отечественных деталей. Доля российских компонентов в устройствах растёт у разных производителей на 5–20% в год, заявил руководитель группы разработки аппаратного обеспечения «Скала^р» (группа Rubytech) Дмитрий Кручай. Но есть нюанс: простые детали вроде резисторов и диодов уже во многом доступны в России, а вот со сложными чипами и контроллерами всё пока сложнее, пояснили другие участники отрасли.
В сегменте серверов, систем хранения данных и программно-аппаратных комплексов ожидают возвращения к планомерному росту. По словам Александра Фильченкова из «Гравитона», в 2024 году рынок рос на фоне расширения госзакупок и наращивания производства конечной электроники, а в 2025 году просел на 21–25% из-за ограниченного доступа к импортным компонентам. По итогам 2026-го этот сегмент может снова вырасти на 15–20%.
А вот на рынке персональных компьютеров и ноутбуков ситуация отличается. Как считают участники отрасли, мешают дефицит ключевых комплектующих, рост себестоимости и сокращение закупок компьютеров. В ICL Техно ожидают, что ситуация может выровняться только ближе к 2027 году, а возможно — даже к 2029-му.
Развитию рынка также способствуют решения ведомств. Например, предприятия с объектами критической информационной инфраструктуры должны к 1 января 2028 года отказаться от иностранных программных и аппаратных решений. Параллельно власти исключили из списка параллельного импорта компьютеры и периферию ряда производителей, среди которых Acer, Asus, Cisco, Fujitsu, HP, IBM, Samsung и другие.
Ещё один важный вопрос — локализация печатных плат.
Это — один из самых чувствительных вопросов для отрасли. Современные высокоскоростные интерфейсы требуют многослойных плат из текстолита высокого качества. На сегодня оптимальным решением остается использование тайваньского текстолита для критических слоев и китайского — для менее ответственных участков. В России есть несколько основных производителей текстолита, но их продукция пока не обеспечивает требуемых диэлектрических характеристик для трассировки высокоскоростных интерфейсов, таких как PCIe Gen. 5.
По разным оценкам, в отдельных случаях себестоимость способна вырасти в 5–8 раз, а сроки поставки оборудования могут растянуться с привычных недель до месяцев, а иногда до полугода или года. Причина — нехватка ключевых материалов, химии для смол и стеклотекстолита, а также ограниченные внутренние мощности. На этом фоне растут риски появления контрафактной и серой продукции.
При этом в реестре радиоэлектронной продукции Минпромторга действует балльная система, но, как отмечают эксперты, она не всегда стимулирует глубокую локализацию: производитель с минимально достаточным числом баллов и производитель с намного более высоким уровнем локализации получают одинаковый доступ к тендерам и преференциям.
Главный технологический разрыв остаётся в сложной электронной компонентной базе. Резисторы, диоды, простые контроллеры и простые печатные платы уже в значительной степени доступны в отечественном исполнении. Но управляющие чипы, высокоскоростные интерфейсы, центральные процессоры и специализированные контроллеры пока не имеют полноценных российских аналогов.
Отечественные разработки вроде «Байкала» и «Эльбруса» есть, но технологический процесс не позволяет массово производить их в России, а по производительности они пока уступают зарубежным решениям. Поэтому, по оценке Константина Рябкина из «Инфосистемы Джет», в 99% техники российского производства всё ещё используются зарубежные процессоры, а сравнимые аналоги могут появиться только к 2030 году.
При этом рынок не стоит на месте. В ближайшие годы в российской электронике будут развиваться дезагрегация вычислений, переход к однопроцессорным серверам, инфраструктура для искусственного интеллекта, специализированные хранилища для ИИ, периферийные вычисления и встроенная кибербезопасность на уровне оборудования. Всё это важно для дата-центров, банков, госсектора, энергетики, транспорта, промышленности и логистики, пояснили эксперты.
